20 Февраль 2018
 

Война, объявленная христианству? “Педофильские” скандалы на Западе могут стать предпосылкой модернизации Церкви

Малоприличные истории с участием священнослужителей католической Церкви выскакивают каждую неделю, как будто из табакерки. Западные средства массовой информации посвящают этой теме едва ли не каждое третье сообщение новостных выпусков. Буквально каждую неделю открываются все новые и новые ужасающие подробности злоупотребления католическими священнослужителями своим положением с целью домогательств к детям и подросткам. В какой-то момент у слушателя или зрителя этих передач возникает резонный вопрос: почему только сейчас эти истории выплыли на свет Божий и почему раньше никто, или почти никто, не был озабочен “разгулом педофилии” среди клириков самой значительной христианской конфессии мира?

Мнения различных священнослужетелей, к сожалению, в основном, следуют конспирологическому сценарию. Дескать, “секулярный мир” объявил войну христианству, и уже любое упоминание о христианской вере делает человека потенциальной жертвой скандальных разоблачений. Особенно усердствуют в нагнетании конспирологической истерии клирики РПЦ МП. Это вполне объяснимо определенными опасениями, возникающими у священнослужителей главенствующего исповедания. Ведь если только на секунду представить, что объектом пристального внимания СМИ (да при том еще не трусливых российских, а свободных западных) станет их конфессия, будут запущены те же процессы, что и на Западе, а иммунитета против цезарепапизма в России нет.

Совершенно очевидно, что большое количество фактов (не вымыслов, а именно фактов) сексуальных злоупотреблений со стороны католических клириков вызвано той огромной властью и авторитетом, которыми обладает в римо-католической Церкви священнослужитель. Но чем больше авторитет, там выше и ответственность. А бесконтрольная власть сама по себе является предпосылкой злоупотреблений. Такова человеческая природа. Неслучайно многие отцы Церкви считают грех любоначалия (желания руководить и повелевать) гораздо более опасным, чем грехи блуда или зависти. Не будем забывать и о том, что католическая Церковь была именно той средой, в которой развилось лжеучение о Церкви учащей и Церкви учимой, подразумевающее жесткое разделение на клир и мир. Вознесенный на ступень учительства клир оказался фактически вне зоны контроля. И различные злоупотребления клириков стали предметом заботы и контроля самих же клириков, только более высокого ранга. Отчасти это вызвало протестантское движение в Германии и вообще на Западе. Интересно, что в протестантских церквах, где выборные наставники (пасторы и епископы) подотчетны собранию христиан, то есть мирянам, такие злоупотребления – большая редкость.

Католический клир, закрытый и самоизолированный, по крайней мере до II Ватиканского собора, оказался почвой благоприятной для злоупотреблений сексуального характера. И здесь, пожалуй, стоит высказать убеждение в том, что в основе этих злоупотреблений лежит не столько половая распущенность и разнузданная похоть батюшек, сколько неограниченная власть и незаслуженный авторитет. Современные социологи и социопсихологи, занимающиеся темой насилия, давно обратили внимание на то, что в основе актов сексуального насилия очень часто лежат подавленная агрессия и всевозможные социальные комплексы, а совсем не биологический инстинкт размножения. Интересно, что сексуальное насилие, например, в пенитенциарной системе служит именно цели подавления одних членов социума другими.

Единственное решение для католической Церкви, которое можно было бы предложить, - это больше прозрачности, открытости клира, и полная выборность всего священства народом. Ведь причина этих скандалов еще и в том, что священник зачастую прибывает на место своего служения, не будучи связан со своей паствой ни семейными, ни местными узами. Такой “парашютист” отчитывается только своему епископу, который его послал на служение, а для народа он наемник.

Однако в условиях информационной революции такая схема оказывается в фокусе пристального внимания со стороны общества. Дело совсем не в заговоре против христианства, а в том, что социальные условия существования христианства кардинально изменились. Христиане должны вновь зарабатывать и каждый раз доказывать свой авторитет в обществе. Общество уже не готово априорно наделять христиан харизмой и духовным капиталом. И в тех случаях, когда неограниченная власть и бесконтрольность приводят к нравственным падениям, общество реагирует на это “охотой не ведьм”.

Разумеется, реакцию СМИ можно уподобить приему антибиотиков, которые, помимо болезнетворных микроорганизмов, уничтожают и полезные. Так, например, епископа Аугсбурга недавно вынудили покинуть свою кафедру только потому, что в 60-х годах он надавал каким-то мальчишкам подзатыльников.

Поиск “педофилов” имеет еще одно неприятное свойство: он обращен в прошлое. И те истории, которые уже давно забыты и поросли быльем, вытаскиваются на свет Божий и становятся предметом скандала. И здесь, безусловно, возникает системный кризис. В прежние времена замкнутая бесконтрольная система католической Церкви, как любая большая система, сдерживала процессы энтропии. Высокопоставленные епископы и кардиналы замалчивали, скрывали и замазывали неблаговидные истории с попами, будучи уверены в том, что огласка только повредит делу и создат вокруг Церкви нездоровый ажиотаж. Такое укрывательство было бы оправданно, будь скандальных случаев два-три. Но когда вскрылись массовые злоупотребления, замалчивание из заботы о Церкви превратилось в настоящую антицерковную диверсию. И вот уже авторитетный кардинал архиепископ Венский Кристоф Шенборн с негодованием осуждает “укрывальщика” кардинала Анджело Содано, который замалчивал случаи сексуальных злоупотреблений со стороны клириков.

То, что “светит” сейчас католическому миру, в общем, вполне представимо. Еще II Ватиканский собор в ходе своих реформ предполагал открытие Церкви, определенную ее протестантизацию, не в смысле догматическом, а в смысле дисциплинарном. Дистанция между клиром и миром должна исчезнуть. Священник должен каждый день зарабатывать доверие к себе. В той или иной мере это уже происходит в Германии и в Соединенных Штатах. Но такой процесс с трудом представим в России, где в ходе реформ последних десяти лет священнослужители превратились в один из чиновничьих разрядов. А к чиновникам, к начальникам в России отношение особенное. Их боятся и одновременно презирают. Люди уверены в том, что все начальники в той или иной степени преступны. В ходе современной модернизации, объявленной президентом Медведевым, общественное мнение с азартом бросилось обсуждать бесконтрольных преступных и авторитарных милиционеров и взяточников-чиновников. Не исключено, что рано или поздно процесс общественного обсуждения дойдет и до “грешков” священников и епископов РПЦ МП, многие из которых давно стали “притчей во языцех”, а другие по-прежнему остаются достоянием узких кругов. Этот процесс поставит духовенство РПЦ МП в полном смысле слова под контроль государства и общества, закончив трансформацию этой конфессии в государственный департамент. И то, что священнослужители ничего не могут противопоставить этому, кроме маловразумительного лепета о заговоре против христианства, показывает, что такой процесс произойдет в ближайшее время.

Алексей Муравьев,
Портал-Credo.Ru

 
Обсуждение статьи

Ваш комментарий

Комментарии пользователей ()
Лента новостей    

Новости в RSS

Календарь // Февраль 2018

П В С Ч П С В
29 30 311 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 1 2 3 4